Притом, что в юго-западной части Сосновки находится множество домов частного сектора, а его максимально-социальная значимость определена наличием городского кладбища, к которому сегодня невозможен проезд катафалков и проход похоронных процессий. И философская концепция «живое — живым» — тоже под большим вопросом, так как возможна к исполнению лишь при условии тотального апгрейда машин скорой и противопожарной помощи до категории воздушного флота (транспорта).

Кстати, похоронил проект нового сосновского моста, сославшись на отсутствие средств на ремонт, почти бывший глава Минтранса Алексей Петряков — сегодня основной претендент на ношение вероятно освобождающегося в феврале портфеля и кабинета зампреда Правительства региона Алексея Жердева.

Петряковский «дембельский аккорд» по легализации чрезвычайно опасной «сосновской дороги жизни», по мнению «серого дома», вряд ли повысит рейтинг пригодности министра к роли члена облправительства. Ведь Алексей Вячеславович не просто пренебрег жизнью и здоровьем горожан, но и нарушил обещание, данное еще летом прошлого года жителям Сосновки, уверив, правда на 99,9 процентов, что выделит средства (87,9 млн руб) «на капитальный ремонт линейного объекта в рамках федеральной программы».

Притом, что условие Петрякова, выделить деньги после изготовления проектно-сметной документации (ПСД) и получения отличного госэкспертного заключения было исполнено в срок — в октябре 2025 года, предусмотренного договором подряда. Однако в ответ на ноябрьский доклад мэра Сосновки Никиты Горелова «об исполнении требований», Петряков, заявив об отсутствии средств, сообщил, что продолжение разговора может состоятся в конце 2026-го или вообще в 2027 году.

То есть, ПСД, на изготовление и госэкспертизу которой потрачено около 10 миллионов бюджетных рублей, несколько лет пролежит без дела. И, если нет никакой гарантии, что через несколько лет техническая часть сметы будет пригодна для проведения ремонтных работ, то ее финансовый фрагмент, при расчете самых быстрорастущих ценовых сегментов — строительные материалы и зарплаты рабочим, вряд ли даже через пару лет устроит «достойного подрядчика». Который в 2027-м объективно может захотеть не 90 миллионов рублей, а в полтора-два раза больше.

Бег по пересеченно-политической местности

В начале января сосновская администрация обратилась в прокуратуру и Следственный комитет с заявлением о тотальном разрушении переправы, добрый десяток лет числящейся аварийной, и с жалобой на отказ ее ремонтировать. В том числе, апеллируя к ведомствам, задавался вопрос о том, кто будет привлечен к ответственности, если скособоченный, стоящий на подпорках мост рухнет, и будут человеческие жертвы?

Однако на предупреждение о реальной угрозе ЧС силовики ответили молчанием, так что электронная жалоба была направлена Александру Бастрыкину. На что последовала незамедлительная реакция сотрудников СК, буквально на следующий день детально осмотревших разрушенный мост. Скорее всего, визуализация переправы дала сногсшибательный эффект, так как люди в погонах, делящиеся меж собой мнением, что «это пипец, а не мост», не рискнули собственноножно преодолеть «аварийный объект», препоручив рискнуть жизнью Никите Горелову.

Впрочем, и без участия Горелова было очевидно, что мост и даже его металлические части сгнили почти в труху, что пешеходная часть представляет реальную угрозу жизни водителям, пассажирам и людям. И особенно детям, которые, вывалившись за пределы отсутствующего ограждения, упадут с высоты третьего этажа на железные створки дамбы.

Кстати, одним из участников осмотра моста, который «повело и трещины насквозь» и «до весны не доживет» (при том что, согласно летнего заключения, данного ООО «Нижегородгипротранс», занимавшегося проектированием, «есть риск обрушения в любой момент, немедленно перекрыть движение») был вятскополянский начальник Управления строительства и ЖКХ Андрей Титоренко, который твердил как мантру, что во всем виноват... Горелов, вступивший в должность главы города в октябре 2024-го.

Интересно также участие в «деле о сосновской переправе» прокуратуры Вятскополянского района. Как пояснил заместитель прокурора района Егор Шебухов, пришедший в Следственный комитет, где давали пояснение Никита Горелов и юрист Игорь Ронжин, его ведомство «не должно влиять на... политические процессы». Вероятно слова зампрокурора, обогнавшие или не имеющие прямого контакта с мыслью, сказанные им от имени всего местного ведомства, значат, что цена человеческих жизней и профессиональное предназначение — надзор за исполнением Закона, стоят в районном центре намного дешевле политического величия. Или областные или районные политики «дали добро» на фатальное разрешение ситуации.