Как рассказал пострадавший — вятскополянский юрист Игорь Ронжин, даже сегодня, когда остались считанные дни до вынесения приговора, с лица Акопяна не сходит «наглая ухмылка», будто он не осознает, что впереди годы несвободы или, напротив, полагает, что уйдет в зону с короной на голове.
«Когда вижу это смеющееся лицо, - делится мнением одна из районных педагогов, - испытываю не злобу или разочарование, а, скорее, сострадание... Почему? Потому что этому мальчику не было дано в силу особенностей осилить программу даже начальных классов обычной школы. Нет, я не считаю это причиной для «облегчения приговора», ведь отсутствие эмпатии не является смягчающим обстоятельством, когда здорового человека умышленно превращают в инвалида».
Напомним, что нападение на Игоря Ронжина произошло вечером 4 августа 2025 года в городе Сосновка Вятскополянского района, рядом с домом его матери.
Тогда неизвестные распылили ему в лицо кислоту, после чего избили. Помощник «чрезмерно независимого» главы сосновской администрации Никиты Горелова, получил тяжёлые химические ожоги глаз, лица и тела. Тогда же было возбуждено уголовное дело о «хулиганстве», затем прибавилась статья «об умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью». А к началу судебного процесса утверждено обвинительное заключение о «причинении тяжкого вреда» в третьей части, с прогнозом наказания — особенно при обезображивании лица или стойкой утратой общей трудоспособности — до 12 лет лишения свободы.
27-летнего Артура Акопяна задержали в понедельник, 17 ноября 2025 года. Как говорят очевидцы, «брать бандита» около 9 утра прибыли полсотни человек: два микроавтобуса с представителями Следственного комитета и транспорт с бойцами СОБРа. 21 ноября Вятскополянский суд, прозаседав около пяти часов, определил Акопяну — единственному опознанному Ронжиным из числа нападавших, меру пресечения в виде «содержания под стражей».
Интересно, что задержание Артура Акопяна происходило на территории сосновской промзоны, где базируется предприятие «Тактика», руководимое членом Молодёжного парламента Александром Балабановым. И высадка силового десанта не удивила жителей Сосновки, так как «Артур всегда представлялся не иначе как «балабановский боевик».
Тогда же Александр Балабанов с уверенностью предполагал, что займет место спикера сосновской Гордумы Наиля Саитова, уголовное дело которого объемом 18 томов было передано в прокуратуру «для утверждения». Но, отведенная ему народной молвой роль вероятного «заказчика нападения на Ронжина», вынудила поспешно выйти из тени бело-голубо-красных знамен и принять бирюзово-белый колер «Новых людей».
Как сообщил Игорь Ронжин, если говорить о судебном процессе, то вспомнить особо не о чем:
«Допрошены все свидетели, дело двух прочих нападавших, личности которых пока не установлены, выделено в отдельное производство. Акопян молчит — ни на один вопрос не ответил, лишь похохатывает сам с собой. Зато демонстрирует рвение кировский адвокат Сергей Марьин, вызывая лишь удивление и смех участников процесса».
Так, Марьин, заявил ходатайство о проведении Ронжину психиатрической экспертизы: дескать, путается в показаниях, но получил отказ. И адвокатские словесные потуги были отклонены, так как «потерпевший объективен и весьма последователен».
Досталось от Марьина и Никите Горелову, которого адвокат предложил арестовать прямо в зале суда. Зачем? Чтобы доставить в военкомат и опросить его «по статусу военнослужащего».
«Суд откровенно над ним посмеялся, прекратив болтовню, и предложил ответить на имеющиеся вопросы», - отметил Ронжин.
Как пояснил мэр Сосновки Никита Горелов, в тот день, когда произошло нападение, они работали. Потом Игорь уехал домой, а среди ночи позвонили и попросили приехать в Вятскополянскую ЦРБ, где находился после покушения Ронжин:
«Он был не в себе, рыдал от боли — огромный ожог, торчащее обгоревшее мясо и следы страшного избиения. В больнице дали целый список необходимых для лечения лекарств, которых у врачей не было. Я ночью помчался искать по аптекам — удалось купить пять-шесть препаратов»...
Как пояснил Ронжин, спустя год в течение которого им перенесены более десятка операций, зрение на одном глазу лишь частично восстановлено. Лечение второго, которым юрист различает лишь свет и контуры, пока нельзя назвать обнадеживающим.
