Корреспондент Newsler.ru побывал на месте и зафиксировал, в каких условиях живут люди. А заодно выяснил, что дом на Сплавной сейчас находится во временном управлении УК «Стандарт» — и в апреле срок этого управления истекает. Добавляет тревоги и прогноз Минприроды: этой весной из-за обильных снегопадов Вятка может подняться на 2,5 метра выше нормы.
Елена живет в этом доме с детства. После паводка 2016 года дом признали аварийным, включили в списки на расселение — и с тех пор ничего не меняется.
«С шестнадцатого года дом аварийный. Канализацию отказались откачивать — она внизу, в подвале, стоит годами. Мы живем с ребенком-инвалидом на втором этаже. Кровля не чистится и не ремонтируется, потому что дом аварийный», — рассказывает Елена.
Снаружи дом выглядит соответственно: деревянные стены потемнели, краска облупилась. У подъезда, где живет Елена, козырька нет — по словам женщины, он рухнул несколько лет назад, восстанавливать никто не стал. Заходя в подъезд, нужно смотреть под ноги: с крыши натекает вода, и пол уже покрылся наледью.
А сверху — снежные шапки, готовые рухнуть в любой момент. Сейчас тепло, и если они сойдут разом, люди просто не смогут выйти из дома.
На первом этаже живет Людмила — женщина с инвалидностью. В ее комнате уютно: на полу торшер с пожелтевшим абажуром, стены в цветочек. Но сырость добралась и сюда: на потолке видны следы протечек. Вода дошла до первого этажа сверху.
На втором этаже, в квартире Елены, ситуация серьезнее. В ванной потолочная плитка из пенопласта отвалилась вместе со штукатуркой, оголив деревянную стяжку. Жильцы заделали дыру пленкой и брусьями.
«В ванной недавно вывалился пласт штукатурки 50 на 50 сантиметров. Хорошо, что никого не задело», — говорит Елена.
На кухне — микроволновка, над ней — потёки на стене. Обои вздулись, пошли пятнами. В углу — электрический щиток в деревянном коробе, прямо под ним — плесень.
«Это всё из-за крыши. Она течет, а чинить никто не хочет. Сами мы лазили, сбрасывали снег, но это опасно — шифер старый, можно провалиться», — добавляет Елена.
Елена обращалась во все инстанции. Последний раз ее вызывали в прокуратуру Ленинского района — как мать ребенка-инвалида.
«Сотрудник прокуратуры сказал, что они будут подавать на администрацию в суд. Это было полгода назад. Никаких новостей», — разводит руками женщина.
Документы на улучшение жилья она подавала еще в 2020 году.
«Только через пять лет нас пригласили просто поговорить. Сказали: «Нет денег, ждите». И так каждый год кормят завтраками», — добавляет Елена.
По ее словам, в очереди на расселение стоят и другие жильцы.
Сейчас дом на Сплавной, 24 находится в управлении ООО «УК Стандарт». Договор заключен 8 апреля 2025 года сроком на один год — то есть в апреле 2026-го он истекает. В доме 16 жилых помещений, все признаны аварийными.
В аварийно-диспетчерской службе УК «Стандарт» пояснили: дом во временном управлении.
«Крыльцо снесено задолго до того, как мы дом взяли. Дом аварийный, он из года в год передается во временное управление. Собственники сами мер не предпринимают, ждут, когда им дадут квартиры», — объяснил диспетчер.
По его словам, в рамках тарифа они делают возможное: аварийное обслуживание, очистка крыш от сосулек хотя бы по периметру. Но ремонт крыльца или кровли требует общего собрания и финансирования, а собрания жильцы не проводят.
Дом на Сплавной, 24 стоит в низине, в нескольких десятках метров от реки Вятки. Каждую весну здесь ждут большой воды. По прогнозам Минприроды, в этом году уровень воды в Вятке может подняться на 2,5 метра выше нормы.
«В шестнадцатом году вода поднималась так, что мы думали, дом уплывет. С тех пор подвал так и не просыхал. А сейчас еще и канализация туда же», — вздыхает Елена.
Дом на Сплавной, 24 — типичная история кировского аварийного жилья. Формально он стоит в очереди на расселение. Фактически люди живут в постоянной сырости, под угрозой схода снега с крыши и весеннего потопа. Управляющие компании меняются, а жильцы вынуждены выживать своими силами: сбрасывать лед, заделывать дыры и дышать плесенью.
Сейчас дом находится во временном управлении УК «Стандарт». В апреле срок истекает. Что будет дальше — пока неизвестно.
